Нью-Йорк. Месяц спустя после убийства Нейтона.
Сильный стук в дверь оторвал Питера от приготовления завтрака. Он с недоумением подошел к двери и спросил:
- Кто там?
- Друг, - был простой ответ.
На лице Питера промелькнула улыбка. Он широко распахнул дверь и ,обнимая гостя, произнес:
- Мохиндер, какими судьбами?
- Дела в этом городе. Решил поведать тебя, пообщаться.
Питер провел доктора на кухню и продолжил приготовления завтрака.
- Думаю ты составишь мне компанию?
- Раз ты настаиваешь! – Мохиндер с беспокойством смотрел на гостеприимного хозяина, - Питер, ты выглядишь так, словно не спал целую неделю.
- Примерно так, - коротко ответил он.
- Я понимаю, смерть Нейтона была для тебя ударом, но пора бы как-то начинать приходить в себя. Так ты только убьешь себя.
- И что ты предлагаешь?
- Для начала найти работу, ведь ты ушел из скорой помощи. Не смотри так, мне Мэтт рассказал.
- Да, ушел. Не смог я. Мохиндер, это что-то не понятное. Я не могу видеть ранения на людях. У меня перед глазами сразу возникает Нейтон с перерезанным горлом. Поэтому я не могу спать – я вижу это же и во сне. Иногда мне кажется, что я схожу с ума. Знаешь, - продолжил свою исповедь Питер, - я тут вспомнил, как мальчишкой злился на Нейтона за то, что папа всегда предпочитал его, а не меня. Я злился, думая, что брат слишком хорош, настолько хорош, что у меня нет шансов сравняться с ним или затмить его. Иногда я даже мечтал, что если Нейтон куда-нибудь уедет, то отец обратит на меня внимание. Но когда отец умер, я не почувствовал большой боли. Мне было грустно, что его больше нет и все. Но когда я увидел труп Нейтона, мне показалось, как будто весь мир взорвался, и все погибло. Только в тот момент я понял, как он был мне дорог. Я всегда дополнял его. Я был своего рода бесплатным приложением к бестцелеру. Сам по себе я – ничто.
Питер растеряно замолчал. Он не мог сказать всего Мохиндеру, но он чувствовал себя маленьким ребенком, потерявшимся в большом городе.
- А как Клэр? – спросил доктор Суреш, желая хоть как-то отвлечь Питера от горьких мыслей.
- В порядке. Приступила к учебе. Ей легче, ведь она знала Нейтона не так долго, да и у неё остался другой отец, которого она больше любит. Мы с ней редко созваниваемся.
Наступило молчание. Мужчины молча ели не прихотливый завтрак и каждый думал о своих маленьких трагедиях, которые ведут через тропы жизни.
- Знаешь, - прервал молчание Мохиндер, - а поехали со мной?
- Куда? – удивленно посмотрел на собеседника Питер.
- Мне предложили провести ряд исследований в одной лаборатории в небольшом городке неподалеку. Ты бы мне здорово помог.
- Генетика? – улыбнувшись, выдохнул Питер Питрелли.
- Генетика.

В этот день Мак опять сбежал с последнего урока и пошел на выставку. Он хотел побольше времени провести там, так как в конце недели все картины будут отправлены в архив музея, а на их место выставят новую коллекцию. Макколей беглым взглядом окинул стены и подошел к полотну с кораблем. Ему хотелось впитать картину, запомнить все-все в ней. Он почувствовал прелый запах водорослей, ощутил, как ветер обдувает лицо. В какой-то миг он даже услышал крики мальчишек с картины и шуршание прибоя. Он видел, как волны разбиваются о борт корабля, и картина казалась реальностью. Мак не мог понять, что с ним происходит, но он сделал шаг вперед и протянул руку к полотну. Вместо ожидаемой шероховатости его пальцы ощутили морскую прохладу. Следуя какому-то странному порыву, он сделал еще один шаг и оказался на берегу возле причала. Прямо к нему бежали четверо мальчишек, немного младше чем он.
- Ты кто такой? – спросил самый высокий из них, с забавным светлым чубчиком.
- Я? Я…Я… - Мак не знал что им ответить. Они же не настоящие! Нарисованные!
- Ты конечно. Ты здесь откуда?
- А… Тут не далеко. Я живу не далеко, – это правда или он это придумал? Макколей не мог понять, что происходит. И тут произошло то, что утвердило реальность: его укусила большая пчела. Мак вскрикнул, чем вызвал взрыв хохота местных ребят.
- Ха, слабак, неженка. Это просто маленькая пчелка, - издевался мальчик в желтой футболке.
- Я не неженка, - с обидой выкрикнул Мак, - у меня аллергия на пчелиный яд, поэтому я так реагирую на пчел.
- Ну да, конечно, так мы тебе и поверили.
Внутри Макколея все сжалось. Он так устал от насмешек. Устал быть мишенью для битья. А ведь он может с ними запросто справиться. Он может. И в этот миг какая-то странная сила охватила его. Уверенность в том, что он может и должен. Он взмахнул рукой, и сильный порыв ветра сбил мальчишек с ног. Они с удивлением смотрели по сторонам. И их глаза выражали только одно – отомстить. Так как Мак единственный кто стоял на ногах, то естественно они сочли, что это его вина. Моментально они вскочили на ноги, и в голове Мака пронеслось одно: «Бежать!».
Не раздумывая, он рванул назад и упал посреди зала. Посетители с удивление смотрели на подростка, который неизвестно откуда выпал рядом с ними. Макколей смущенно извинился и поспешно вышел. Он бежал домой и думал лишь об одном: действительно ли он был в картине, или он просто заснул. Когда он вошел в дом, мать сидела на кресле и читала газету новостей.
- Здравствуй, малыш. Ты сегодня рано. Как твои дела?
- Все нормально, - соврал Мак. Ему не хотелось рассказывать обо всем этом маме, так как она не всегда могла понять его. – Мам, я схожу к Марисе. Мне надо одну книжку взять.
Никогда еще путь до библиотеки, находящейся в квартале от их дома, не был таким длинным. Мак бежал изо всех сил, и поэтому, когда он ворвался в читальный зал, все с удивлением на него посмотрели. «Второй раз за час привлекаю всеобщее внимание. Это становиться закономерностью» - с усмешкой подумал подросток.
Мариса с тревогой смотрела, как брат подходит к её столу и пытается перевести дыхание. Да, он становился взрослым, мог сам за себя постоять и не нуждался в её опеке, но для нее он был ребенком. Ребенком, которого она пеленала. Ребенком, которого учила ходить. Ребенком, которому смазывала йодом ссадины. Она знала, что в случае чего способность поможет её брату, но это не делала её волнение меньше.
- Привет, ты откуда такой взъерошенный?
- Мариса, ты не поверишь! – Макколей пытался что-то объяснить сестре, но она его не слушала.
- Мак, я работаю и здесь нужна тишина, а с тобой ничто из этого не реально. Подожди до вечера, ладно.
- Нет, срочно!
Какой-то не знакомый огонь горел в его глазах. Мариса вздохнула и повела младшего брата в кладовку.
- Ну, выкладывай.
И он рассказал все, что с ним произошло. Сначала Мариса скептестически слушала то, что он говорит, но когда увидела, как опухла его шея, встревожилась.
- Получается, новая способность? Мак, не делай так больше, ладно? Это опасно! А если ты не сможешь выйти из картины, что тогда?
- А если не в этом смысл моей способности? А вдруг она несет что-то большее? – глаза мальчика сверкали от надежд на что-то великое, голос дрожал от волнения. Девушка поняла, что запрет сломит его.
- Хорошо, давай потом разберемся со всем этим. Иди домой, а я все обдумаю. Потом спокойно поговорим.
Макколей Ллойд покорно вышел из библиотеки и направился домой. У него было такое чувство, как будто он вырос на 15 сантиметров. Он верил в судьбу и в то что ничего не бывает напрасным. Просто нужно понять почему и для чего это происходить. И тогда – кто знает? – он сможет сделать что-нибудь во благо человечества. Он не хотел славы, величия, уважения. Единственное, что он хотел – чтобы люди были добрее, чтобы люди любили друг друга.